Арабская зима

Дата . Категория Мнение, О мире

Публикуем поступившую в адрес редакции нашего сайта статью, посвященную анализу событий на Ближнем Востоке. Мнение редакции не во всем совпадает с позицией автора.

Сейчас уже очевидно, что «арабская весна», преподносившаяся в СМИ как революционная трансформация, сметающая на своём пути диктатуры арабского мира, на деле никакой революцией не являлась. Стихийный народный бунт, вызванный невыносимой социальной несправедливостью, не имел ни руководства, ни какой бы то ни было революционной ориентации. Неудивительно поэтому, что вскоре это движение народного недовольства перехватили, а затем и возглавили наиболее мощные и организованные силы оппозиции – реакционные исламские партии: Партия Возрождения в Тунисе и Братья-Мусульмане в Египте.

Не является секретом то, что радикальные исламистские организации подобного типа твёрдо стоят на принципах защиты капитализма и тотального антикоммунизма (шире – антисоциализма). То есть перед нами – типичная форма религиозного фашизма, схожая по своим качествам, например, с католическим интегрализмом времён Холодной Войны. То же самое религиозное мракобесие, провозглашение «возвращение к традиции» и «чистоте прошлого», флагами которого прикрывается защита капиталистического строя, «богоданного» феодального порядка, единения рабов и рабовладельцев. Не является удивительным в этой связи то, что Саид Кутб, идеолог Братьев-мусульман, разрабатывавший в 40-е годы социальную платформу своей партии на основе Корана, сам находился под сильным влиянием известного французского католического правака Алексиса Карреля, прославившегося организацией при содействии вишистского оккупационного правительства «Института по изучению проблем человека».

Понятно, что исламский мир, как и мир христианский, не отличается единством мнений. И, подобно тому, как из традиционного реакционного католицизма на фоне усиления социальной борьбы в середине XX века выделилась т.н. «теология освобождения», совмещавшая религию и социалистические идеи, в исламе в тот же период времени возникли свои, левые ответвления. В частности, мы можем назвать «левыми мусульманами» многочисленные шиитские движения в Ливане, Иране, Ираке, Бахрейне, Пакистане, которые, в силу особенностей своей религиозной доктрины, в эпоху развития антиимпериалистической борьбы заметно склонились влево.

Но не только шииты отличились «социалистическим уклоном». В этом же ряду мы можем поставить и некоторых суннитов — господина Гамаля Абдель Насера, господина Муаммара Каддафи с его оригинальной религиозно-политической доктриной «Джамахирии», палестинских, алжирских и йеменских фидаев, повстанцев-моро на Филиппинах, «красных рыцарей» и Аль-Мурабитун в Ливане… Причём, что характерно, клерикальный исламский фашизм (сегодня его именуют обобщающим термином «ваххабизм»), ведомый и финансируемый лучшими друзьями Соединённых Штатов, — Саудовской Аравией и Катаром, — крайне враждебно относился ко всем этим проявлениям «левизны» в исламе. В некоторых странах, таких как Северный Йемен, Ливан, Алжир, Индонезия и т.д. ситуация доходила до прямых вооружённых столкновений между «левыми» и «правыми» мусульманами, где «правые» откровенно выступали на стороне антинациональных, империалистических сил.

Сегодня клерикальные фашисты вновь демонстрируют своё подлинное лицо цепных псов капитала. Оказавшись (в силу своей организованности) на гребне волны стихийного бунта, они быстро, с молчаливого согласия североамериканского империализма, пустили его ход в нужное русло. Пользуясь своей славой поборников «справедливости» (в основе которой на самом деле лежит сугубо фашистская концепция «солидаризма», т.е. единения классов эксплуататоров и эксплуатируемых), используя дешёвые популистские методы, вроде бесплатной раздачи неимущим одежды, лекарств и еды, на всех углах подчёркивая своё «антизападничество», неофашисты, опираясь на наиболее отсталые и тёмные сектора общества, официально пришли к власти в Тунисе и Египте. Что же изменилось здесь? Кроме усиления влияния религии в общественной жизни – абсолютно ничего. Либеральная модель экономики, построенная на эксплуатации и международном грабеже, ни в коей мере не пострадала от погромов правоверными алкогольных магазинов или избиений «неправильно» одетых женщин. Полуколониальное положение этих стран,  «надёжных партнёров» Запада, не подлежит пересмотру. Социального чуда так же не происходит – вся выгода для неимущих от этой кастрированной «революции» сводится  лишь к тому, что теперь им можно безбоязненно растить бороду и совершать публичный намаз.

В Ливии мы наблюдаем ещё более яркий сценарий. Руками полубезумных фанатиков империалистический альянс (США-Франция-Англия) сбросил страну в пропасть самого дикого капитализма. Беспредел реакционной милиции и террор бородачей, направленный практически всегда сугубо на самих ливийцев, ни в коей мере не несёт стратегической угрозы для империалистических концессий, права на которые радостно передали в руки западных бизнесменов представители новой марионеточной власти в знак признательности за помощь в борьбе против тирании.

В Сирии, где гражданская война до сих пор продолжается, ситуация вообще достигла гротескных форм, вскрыв абсолютную беспринципность тех, кто сражается якобы за «чистоту ислама». Здесь господа салафиты, постепенно завоевавшие гегемонию в оппозиционном движении, получают помощь не только со стороны американского империализма, но и напрямую от государства Израиль. Удивлять это не должно: точно таким же образом империализм, сионизм и клерикальный исламский фашизм слились в едином порыве в борьбе против народных моджахедов Йемена в конце 60-х годов. Точно так же поборники «чистого ислама» совместно с французскими оккупантами, наёмниками и израильскими инструкторами боролись против собственного народа в Алжире. Сирия – лишь звено в длинной цепи национального предательства религиозных фашистов.

Итак, будущее всех этих ближневосточных стран, охваченных правой реакцией, бесперспективно. На смену отслужившим свой срок светским диктаторам, посаженным на трон ещё в эпоху Холодной войны, приходит диктатура нового типа – не менее антинародная, не менее марионеточная, не менее дегенеративная. Активно требующая возвращения в светлое средневековье, готовая уничтожить всё, что не соответствует законам шариата, но при этом свято хранящая капиталистический базис.

Народному лагерю противопоставить этой диктатуре нечего. Подлинно революционных организаций, выражающих интересы угнетённых, здесь нет и нет никаких предпосылок того, что они могут возникнуть в ближайшем будущем. Стихийные протесты и бесконечные погромы собственных городов вряд ли могут нести за собой какую-либо опасность, пока за спинами новых диктаторов стоит могущественный западный империализм. Лишь разочаровавшись в своих подопечных, хозяева мира могут, с помощью вновь одураченных импульсивных масс, провести «рокировочку»: да и тогда у власти вряд ли окажутся защитники народных интересов (примером тому – Киргизия).

Выводы из всего вышеизложенного очевидны: верить в стихийность масс, которые якобы могут сами избрать верную дорогу, — достаточно лишь поднять их в бой, подогрев пустыми протестными лозунгами, — глупо.  Возбуждённые массы идут за организованным авангардом даже в том случае, если авангард идёт в пропасть. История показывает, насколько массы инертны и непоследовательны, как легко можно обвести их вокруг пальца, пользуясь демагогией и пусканием пыли в глаза. Те, кто требовал социализма в Париже в 1968, получили правое правительство Помпиду и очередной всплеск реакции. Те, кто требовал демократического социализма в 1989 в Восточной Европе, получили рыночный капитализм, разграбление национальных богатств, фактическую потерю суверенитета. Те, кто требовал демократии в Югославии, Украине, Грузии, получили безмозглых прозападных марионеток, гауляйтеров Уолл-стрита, вкупе с парламентской клоунадой.

История так же демонстрирует, насколько нежизнеспособен лишённый организованного авангарда протест, — «игра в восстание», — насколько быстро выдыхаются экзальтированные «борцы с системой», слабо понимающие, за что же они собственно борются, насколько легко разваливается «альянс» поборников самых различных политических концепций (подчас полярно противоположных), объединённых лишь голым протестом против чего-то абстрактного.

Верить в скорые перемены к лучшему  – глупо. Мир вступил в фазу самой чёрной реакции, аналогичную эпохе конца 19 века. Революционный социализм для общества умер 25 лет назад, левый ислам, тесно связанный с социальной борьбой народов, так же сошёл на нет после окончания Холодной войны (как впрочем и приснопамятная «теология освобождения»), вычурный анархизм экзальтированных юнцов вряд ли может стать политической альтернативой для широких слоёв населения. Где мощнейшее антиглобалистское движение, приводившее в ужас европейских обывателей своими бессмысленными погромами конца 90-х, начала 2000-х? Где движение «оккупай», претендующее на то, чтобы стать правопреемником антиглобализма? Где греческие анархисты, так исступлённо протестовавшие против обнищания страны посредством разграбления магазинов? Там же, куда идёт и «арабская весна», на деле трансформировавшаяся в «арабскую зиму». Напротив, в обществе растут и укрепляются крайне правые воинствующие воззрения. Повсюду, — в Европе, Латинской Америке, на Ближнем Востоке, — царствует правый реванш. Нас может утешить лишь осознание цикличности истории и известный лозунг геваристов, оптимистично отображающий этот процесс, который раной или поздно закончится победой прогресса   – Luchar, fracasar, y volver a luchar! (Сражайся, проигрывай, и вновь сражайся!).
Гражданин Константин

Tags: , ,

Знания принадлежат всему человечеству. Пожалуйста, при использовании материалов ссылайтесь на авторов.

Яндекс.Метрика