Народничество и освободительное обобществление

Дата . Категория Мнение, Память, Стремления

До XX века слово «обобществление» не означало того же, что «марксизм» или «большевизм» с их жёстко государственническим пониманием социализма. Это слово отсылает нас к временам Великой Французской Революции и ранних революционных мыслителей, например, Гракху Бабёфу (1760-1797). В те времена «обобществление» означало возвращение к природному обществу добровольных человеческих отношений. Мысль о том, что первобытный человек имел долгий период «первобытного строя» без частной собственности, появляется не только в трудах Карла Маркса и Фридриха Энгельса. Эта мысль распространена среди почти всех исследователей прошлого, от Греции до Китая, и является неотъемлемой частью устного наследия почти всех народов мира.

hunnebedden (1)

Наши далёкие предки, жившие в обществе охотников и собирателей, не могли быть кем-либо, кроме «коммунистов». Земля поддерживала лишь малые кучки людей, живших тем, что природа давала им. Деление труда было очень ограничено, мужчина охотился, женщина собирала. Не смотря на то, что кто-то, возможно, более сосредотачивался на отдельной задаче, чем другие, никто в общине не мог быть состредоточен на каком-либо виде деятельности при том, чтобы благодаря ему выжить. Люди зависели друг от друга, и потому составляли сильную естественную общину. Излишек мог быть сохранён в ограниченных обьёмах, излишек мяса просто сгнивал до того, как мог быть съеден. В таком обществе никакой сословный строй не мог развиться.

Сословное деление в ранних земледельческих германских племенах, появившееся во времена «Нового камня», не делало между людьми пропасти шире длины руки. Племенные вожди или волхвы были подчинённой частью общины. Лишь из-за появления планомерного большого земледелия, орошения и городского переворота, сословия стали удаляться друг от друга. В жизни германского племени культ Асатру приобрёл вид, в котором вся община участвовала в обрядах. В конце концов, с ростом больших городов, религия превратилась в представление с основной частью жителей в качестве зрителей.

Несмотря на коренное изменение повседневной жизни со времён «Неолитической революции» в связи с развитием мастерства, «первобытный коммунизм» оставался сильным, как и ранее, в охотничье-собирательном обществе. Сословный строй и разделение труда оставались очень ограниченными, а общины — довольно небольшими, несмотря на что излишки давали ход дальнейшему трудовому сосредоточению лиц. Выжимание соков из человека государством не появилось до «урбанистической революции», пришедшей на смену земледельческому обществу, когда города и земледелие стали захватывать огромные просторы. Вместе с первыми малыми городами времён раннего Средневековья, появились короли, священники и новое сословие торговцев, а также военные действия упорядоченных войск и большое орошение.

Из-за развития большого земледелия излишки привели к развитию нового сословия людей, сосредоточенных на ремеслах. Также раннее Средневековье породило грубый вид синдикализма: ремесленные группы внутри сообщества обьединялись в союзы-гильдии. В конце концов новые сословия воинов и священников уничтожили такое возрастание состредоточения развитием строгого сословного строя и превращения труда крестьянина в основу такого способа угнетения. Здесь мы видим происхождение нынешнего отчуждения: рабочих заставляли делать неоплачиваемую работу для господина, отделённого от народа.

До XVIII века люди далее были вынуждены жить в согласии с окружающей средой, чтобы выжить. Однако с появлением промышленности и улучшением мастерства преприниматели стали рассматривать мир и народ скорее как копальню, которую можно разрабатывать без конца, чем как сельское хозяйство (за которым следует ухаживать — Виталий Шукач). Когда капиталистические виды эксплуатации выжили старые, феодально-мелочные формы, расхождение между управленческим и хозяйственным наполнением общества стало ещё больше. Государство и капиталистический строй использовали улучшение средств производства для возрастания сосредоточения промышленности, управленческих учреждений за счёт обычной общины, что стало причиной невиданных-неслыханных отчуждения и одиночества современных людей.

Современный мир разрываем двумя противоположными стремлениями; одно из них ведёт к смерти человечества, и другое ведёт к рождению нового общества. Пока сосредоточение и обезличивание возрастают в преимущественно глобализированном обществе, сосредоточение средств производства возрастает из-за создания транснациональных корпораций, и местный почин заменяется наднародным государством, жизнь стаёт всё более ненастоящей, бессмысленной и пустой. Однако до сих пор существуют люди сытые по горло жизнью без смысла, и по всей Земле время от времени мы наблюдаем восстания против отчуждения. Где господствующий строй капитализма терпит неудачу, главное стремление — заменить его строем свободных общин, ведь люди возвращаются к основному почину со стороны общины.

Перелом современной культуры — необыкновенное явление, продолжающееся без оглядки на какие-либо идеологии. Призыв к свободе, стремление к собственной семье, общине и народу в большей мере являются остаточными общественными инстинктами. Говорят, народническая революция — революция без теории и является антиидеологической. На самом деле наши теория и идеология живы в обычаях, они более стары, чем капитализм как таковой, стары, как человечество. Народничество не борется с господствующим государственническим порядком из-за того, что стоит против порядка, а потому что народничество против устройств угнетения. Оно видит в естественной поместной общине самостоятельную сущность, управляемую и устроенную снизу. Народничество даёт ответ отчуждению и огрублению людей. Оно борется за возвращение к сути общественных и добровольных человеческих отношений, воплощаемых в семье, общине и народе, назад к строю свободных общин.

Источник: Volksanarchistisch Kollektief.

Tags: , ,

Знания принадлежат всему человечеству. Пожалуйста, при использовании материалов ссылайтесь на авторов.

Яндекс.Метрика