О национализме, социализме и анархизме

Дата . Категория Мнение, О мире

Из материалов конференции «Альтерры» о значении национально-освободительных идей в революционной антикапиталистической борьбе.

1. Терминология

Сам термин «национализм» не является четкой идеологической характеристикой, которая бы давала основания рассматривать его отдельно от левой (социально-революционной) идеологии или в виде какого-то уклона. С одной стороны, под словом «национализм» часто понимают шовинизм, империализм, буржуазный патриотизм и тому подобное. Но, с другой стороны, под «национализмом» подразумевают другие, даже противоположные, идеи: национальное освобождение, равное право народов на свободу, этническую дифференциацию, идею нации как народный и национальный суверенитет и тому подобное, что можно обозначить как «освободительный национализм».

Исторически большинство левых считают эти идеи своими, и даже берут за основу, чаще всего называя их не «национализмом», а другими терминами, такими как «интернационализм», «патриотизм», «национальное освобождение» и т.п. Однако есть примеры левых, которые называют эти идеи именно «национализмом» (в Европе например это ирландские и баскские левые) и даже совмещают с термином «интернационализм». Например, среди идеологических принципов парагвайской «Военно-Политической Организации» были указаны, в частности: «пролетарский интернационализм», «революционный национализм», «марксизм-ленинизм как метод» и «социализм как цель».

Очевидно, что наличие термина «национализм» идеологически не отличает эту и подобные группы от других групп, которые данное слово не употребляют, но имеют аналогичные идеи. Поскольку речь идет об одних и тех же по содержанию, причем вполне левых, идеях, лишь иногда называемых разными терминами, то можно говорить не только о сходстве, но о полной идентичности значительной части «левых интернационалистов» и «левых националистов». Логично, если во взаимоотношениях они не будут учитывать терминологические различия, но будут стремиться к сотрудничеству, а если это возможно, к объединению.

Также к вопросу терминологии относятся различные толкования термина «нация», в одних случаях обозначающие страну, со всеми ее жителями, в других случаях определенную национальность (этнос). Однако поскольку идеология освободительного национализма предусматривает свободу, как стран, так и отдельных национальностей, то далее речь будет идти об обоих понятиях попеременно.

2. Двойные стандарты

Аналогично тому, как шовинисты и империалисты часто с искренним видом выступают за свободу и независимость своих народов, но отказывают в этом праве другим народам, некоторые левые подражают им в таких двойных стандартах. Эти люди одобряют национально-освободительные движения определенных народов, включая те, которые прямо называют себя «националистами», но при этом выступают против национального освобождения других народов, как против «фашизма», иногда включая собственный народ.

Указанные двойные стандарты проявляются, например, в том, что они исключают некоторые народы и страны из числа угнетенных лишь на основании формального наличия «национального государства». При этом не учитывается, что большинство национально-освободительных движений, в частности тех, которые пользуются почти всеобщим одобрением левых, были и остаются в странах, где давным-давно существуют формальные «национальные государства». Например, страны Латинской Америки типа Мексики это не Курдистан и не Палестина, они не входят в состав США, так же как Украина не входит в состав РФ и тех же США.

Национальное порабощение всех этих «огосударствленных» народов не закреплено юридически или прямой военно-политической оккупацией. Почему же одни народы и страны могут считаться угнетенными, а другие нет? Причем рассматривая пример Украины, следует учитывать не только западный империализм, но и своеобразный российский неоколониализм, тяготеющий над ней. Также говорят о многонациональном населении той или иной страны, как препятствии на пути идеологии национального освобождения. Но население почти всех зависимых стран является многонациональным. Исключением не является ни Латинская Америка, ни Азия, ни Африка. Это никак не мешает бороться за национальное освобождение, как страны, так и населяющих ее национальностей, в том числе национального большинства, и не исключает равноправных отношений с национальными меньшинствами, которые тоже должны быть свободны от угнетения.

Итак, речь идет о вопиющих двойных стандартах, носителям которых стоит или отказаться от интернационалистической национально-освободительной риторики и прямо объявить себя космополитами (безнационалистами), откровенно действующими в интересах империализма и шовинизма, или уже последовательно поддерживать национальное освобождение всех народов.

3. Классовое содержание

Отождествление национального освобождения или освободительного национализма исключительно с буржуазной революцией и буржуазным национализмом полностью противоречит фактам.

На самом деле национальное освобождение как завоевание национального суверенитета, то есть самостоятельности, может идти, а иногда даже должно идти неразрывно с пролетарской, социалистической революцией. Исторически марксистские и другие левые движения не только поддерживают, но и часто стоят в авангарде национально-освободительной борьбы, как в далекой (Китай, Вьетнам, Корея и т.д. на примере Азии) и недавней истории (Аргентина, Бразилия, Парагвай, Уругвай на примере Латинской Америки), так и современности (Перу, Колумбия).

Стоит также обратить внимание на идейные основы марксизма. Энгельс недвусмысленно пишет, что в определенных случаях «национальную независимость должен завоевать и обеспечить только пролетариат», при этом «искреннее интернациональное сотрудничество возможно лишь при условии, если каждая нация полностью господствует в собственном доме». В «Манифесте коммунистической партии» также указано, что мировая социалистическая революция навсегда положит конец эксплуатации одних народов другими и вражде между народами, то есть завершит дело национального освобождения для всех народов.

Более того, вслед за Джеймсом Коннолли можно утверждать, что истинный национализм может быть только социалистическим. И речь идет не только о достижении независимости. Вторым после национального суверенитета, уже чисто социальным аспектом идеи нации, согласно ее создателю Жан-Жаку Руссо, является народный суверенитет, осуществляемый путем прямого народовластия – самоуправления народа, которое невозможно при классовом разделении общества, когда власть узурпирует эксплуататорский класс. Описывая прямую демократию Парижской Коммуны в своей работе «Гражданская война во Франции», Карл Маркс указывал: «Единство нации подлежало не уничтожению, а, напротив, организации посредством коммунального устройства. Единство нации должно было стать действительностью посредством уничтожения той государственной власти, которая выдавала себя за воплощение этого единства, но хотела быть независимой от нации, над нею стоящей. На деле эта государственная власть была лишь паразитическим наростом на теле нации».

Следовательно, народный суверенитет, а значит и осуществление идеи нации, возможно только в бесклассовом обществе. Данная мысль совпадает и с тезисом «Манифеста…» о том, что через завоевание политического господства «пролетариат должен конституироваться как нация». Это единственный вывод из известного высказывания о том, что «пролетарии не имеют отечества», ибо оно, как удачно заметил Петр Кропоткин, «вовсе не значит, что бедному безразлично, где бы ни жить и среди каких бы людей ни жить… Оно только значит, что богатые лишили его отечества, которое, однако, ему хочется иметь — может быть, даже гораздо больше, чем богатому».

4. Государственность

Ошибкой, как буржуазных идеологов, так и большинства марксистов является отождествление национального освобождения исключительно с приобретением государственности и деление народов на угнетенные и господствующие только на основании отсутствия или наличия формального «национального государства».

Во-первых, большинство государств не имеют фактической самостоятельности, то есть государственного суверенитета, зато зависят от диктатуры империй и мирового капитала.

Во-вторых, если само государство имеет независимость, это не делает его национальным в том смысле, что его этнос-национальность продолжает находиться в зависимом и угнетенном состоянии, то есть, лишен национального суверенитета.

В-третьих, даже если случается чудо, и государство обеспечивает как государственный, так и национальный суверенитет, оно все равно не способно обеспечить народный суверенитет, который, как уже было сказано, согласно с тезисами Жан-Жака Руссо и Карла Маркса, является основным социальным содержанием идеи нации.

Государственная бюрократия неизбежно узурпирует суверенитет и делает невозможным народовластие. Следовательно, подлинная нация в конечном итоге возможна лишь как безгосударственное, самоуправляющееся сообщество. Все это означает, что в целом национальное освобождение следует переосмыслить как национально-этническое, национально-народное, вместо национально-государственного.

Это утверждение имеет мощное основание в левом антиавторитаризме, как в национально-освободительной истории его движений (Украина, где анархисты боролись под лозунгом «Да здравствует Украинская Независимая Социалистическая Советская Республика!», Мексика, Корея, Куба, Никарагуа и др.), их современности (Мексика), так и в его идеологии, согласно которой нация должна быть организована по принципу анархической федерации.

Михаил Бакунин, описывая цели анархизма, отмечает, что национальное освобождение, независимость и другие права национальности, как и она сама, является «законным фактом», безусловным «выводом из общего принципа свободы», равно как и то, что бы «на развалинах государств, организованных сверху вниз деспотизмом и завоеванием, могли развиться единства свободные, организованные снизу вверх свободной федерацией общин — в провинцию, провинций — в нацию…».

Петр Кропоткин отмечает, что «настоящий интернациональный союз возможен лишь при наиболее полном развитии каждой отдельной народности», что является «необходимым условием как для богатства жизни человечества вообще, так и для торжества анархического коммунизма». Рудольф Рокер, противопоставляя интересы государства и этноса, требует «свободного самоопределения для каждого народа» и пишет что этническое сообщество «не может быть искусственно выведено, как и насильственно разрушено, если только не уничтожить всех членов народа».

Махновская газета «Анархист-повстанец» провозглашала: «Анархо-махновское движение на Украине есть движение самобытное, национальное. (…) В чем спасение украинской нации? Какое идейное движение действительно спасет украинскую нацию, ее свободу и независимость? Ответ ясен. Сам народ уже давно осознал, что единственное его спасение в анархизме, безвластной трудовой федерации, что есть единственно свободной независимой организацией, которая должна привести нацию к долгожданной свободе и процветанию».

О том, что нация должна быть организована в виде анархической федерации, писал и идеолог НКТ Исаак Пуэнте: «нам не нужен верховный руководитель или любая власть, которая существовала бы вне взаимного согласия отдельных общин. Как только каждая община (город, село или поселок) приведут свою внутреннюю жизнь в порядок, организация нации будет завершена. (…) Единственными толкователями национальной воли являются съезды делегатов, которые, в случае необходимости, будут временно реализовывать суверенные права, предоставленные им общими собраниями».

Резюмировать изложенное в этом пункте, можно словам Макса Неттлау: «В федерализме заключается настоящая задача для истинного, незахватнического, национализма». А исходя из всего сказанного в четырех пунктах, мы можем сделать вывод о существовании диалектической связи между идеями освободительного национализма, социализма и анархизма.

А.П.

Источник: КОМУНА.ORG.UA

Знания принадлежат всему человечеству. Пожалуйста, при использовании материалов ссылайтесь на авторов.

Яндекс.Метрика